Познание смысла текстов

  • 228

Время прочтения 10 мин

На вопросы отвечает Александр Николаевич Корнев, доктор психологических наук, кандидат медицинских наук. Человек, который очень много лет занимается познанием смысла текстов.

Познание смысла текстов

Какие бывают стратегии чтения и понимания текстов?

Александр Николаевич: Несмотря на то, что чтение — важная и значимая сфера в нашей жизни, нельзя не сказать о том, что это серьезный труд, который требует немалых усилий. Взрослый становится умеющим читать, любящим читать после того, как он, пока был ребёнком, довольно много лет учился этому. Можно сказать, что чтение — это искусство проникать в текст. То, что мы понимаем читая, есть синтез информации, содержащейся в тексте и наших знаний. Каждый из нас накопил свой жизненный опыт и, читая текст, мы рождаем индивидуальные ассоциации. Эти ассоциации и глубина погружения в текст очень различаются от читателя к читателю. Ошибочно думать, как часто говорят в школе, что автор заложил некое содержание, а задача ученика – научиться его извлечь. На самом деле все сложнее: в процессе чтения происходит своеобразный диалог читающего с текстом, который и рождает результат.

Для того, чтобы проникнуть в процесс чтения и понять его, был проведен ряд исследований с помощью процедуры айтрекинга – отслеживания движений глаз во время чтения. Исследования позволили выяснить, что у взрослых существуют различные стратегии сканирования текста. 

Сплошное быстрое прочтение

Стратегия сплошного быстрого прочтения, когда глаз проходит все строки, одну за другой. Эта стратегия не является самой эффективной, к тому же, она довольно трудоемкая. Исследование проводилось на выборке студентов и было определено, что 10-15% из них владеют только этой стратегией. И, соответственно, даже когда в ней нет необходимости, они все равно тратят много усилий и времени, используя ее. У школы иные приоритеты, поэтому использованию разнообразных читательских стратегий там не учат.

Селективное чтение

Другая стратегия – селективное чтение, когда читающий избирательно прочитывает то, что его интересует и пропускает остальное. Она более экономична, чем предыдущая. Ею очень часто пользуются компетентные читатели. 

Чтение по диагонали

Крайнее выражение селективного чтения называют «чтением по диагонали». Бегло просматривая текст, читающий выбирает ключевые моменты содержания текста и синтезирует целое. Данная стратегия самая экономичная, но требует специального обучения. Хотя некоторые овладевают ею самостоятельно. 

Человек, обладающий функциональной грамотностью чтения, владеет целым набором стратегий и может гибко их использовать. Это и есть конечная цель того, чему должна научить школа. Пока, к сожалению, этого не происходит.

Нельзя также не сказать о том, что существуют дети, которые, имея вполне достаточные умственные способности, интеллект, многие годы проводя в школе не могут научиться полноценно навыку чтения. У одних детей это касается преимущественно техники чтения, у других проблему дополняет еще и понимание.

Очень многие из этих детей не видны, а их трудности незаметны не только для учителей, но и для родителей. Это показали недавние массовые опросы, которые проводились по инициативе Ассоциации родителей детей с дислексией. Эти дети испытывают колоссальные трудности, но помощь зачастую не получают. Изучение их — как раз одна из наших задач. В России эта проблема, к сожалению, много лет активно не исследовалась. И сейчас Лаборатория нейрокогнитивных технологий НИЦ и кафедра логопатологии Санкт-Петербургского педиатрического медицинского университета в России, пожалуй, наиболее активны в подобных исследованиях.

В этих исследованиях участвуют представители разных наук, потому что чтение требует использования ресурсов самого разного плана: познавательных, физиологических, лингвистических. И в изучении этого вопроса участвуют психологи, лингвисты, психофизиологи и врачи. Междисциплинарность для разработки этой проблематики очень важна.

Каким образом находят поддержку родители детей с дислексией?

Александр Николаевич: Этот вопрос  очень злободневный и непростой. Я бы разделил родителей на 2 категории: первая, не очень многочисленная, – те, кто стараются найти помощь, делают все возможное, буквально посвящают себя помощи ребенку. И, что самое главное, сочувственно, снисходительно к нему относятся, психологически поддерживают его.

А другая категория — родители, которые, увы, недооценивают серьезность этого недостатка и тяжесть переживаний ребенка. Нередко, они видят причину отставания у  ребенка в нерадивости, третируют ребенка, насильно заставляют много читать. В итоге они обостряют переживания ребенка, но не помогают. 

Получается, что обращается за помощью действительно намного меньше родителей, чем нуждающихся детей, и в том числе потому, что на данный момент не создано сети центров, где дислексикам помогали бы эффективно.

Поэтому мы идем сами навстречу. Мы выходим в школы, так как зачастую такие дети остаются не выявленными. И начинаем двигаться в сторону оказания помощи, в том числе и с помощью специально разработанной цифровой методики, размещенной на  онлайн-платформе SLOGY.RU. Создание цифровой методики позволило сделать прорыв в оказании эффективной и доступной помощи. Потому что в любой точке России тот, у кого есть доступ к интернету, может получить помощь, даже если рядом нет логопеда.

Есть ли в детских садах программы по чтению книг?

Александр Николаевич: Безусловно, есть. В программах дошкольного воспитания несколько таких рекомендательных списков. В них прописаны произведения, которые читают детям. Причем они подобраны по возрастам. Но дело в том, что чтение вслух детям это искусство. Быть чтецом не значит просто зачитывать. И когда это касается детей, это особенно важно. 

Во-первых, чтение должно быть выразительно и артистично. Во-вторых — не должно быть формальным. 

Например, это то, что называют чтение-диалог, когда чтение сказки перемежается разговором, диалогом с детьми. Когда им предлагается высказать свое мнение. Не то, которое им навязывают, а собственное впечатление, которое возникло при слушании сказки. К сожалению, во многих учреждениях не обращают на это серьезного внимания. Такого рода чтение, сказок, нарративов позволяет, если это делается грамотно, заразить ребенка интересом к историям. Сначала их читает взрослый и тогда ребенку хочется сделать это и самому. Конечно, колоссальную роль здесь играет семья.

Исследования показали, что чем больше заинтересованы родители в чтении, чем они чаще читают, тем больше шансов, что у ребенка появится интерес к чтению. А это очень помогает в случае, если у ребенка есть трудности. То есть от отношения взрослых к книге, от ценностного положения чтения зависит очень много.

К сожалению, у нас в обществе сейчас с этим не так хорошо, как хотелось бы. И взрослые стали читать реже, и дети намного реже тянутся к книге. Иначе говоря, это социальная проблема, а не только методическая.

В каком возрасте ребенок должен научиться читать?

Александр Николаевич: если говорить о средних цифрах, которые известны, то этот возраст совпадает с началом школьного обучения — 6,5-7 лет. Около трех лет уходит на овладение техникой чтения. И тогда ребенок более свободно чувствует себя в пространстве текста и начинает получать удовольствие, у него возникает интерес. Он читает уже по собственному желанию, а не потому что велели в школе. Но есть немало исключений: существуют дети, которые в три-четыре  года совершенно самостоятельно научились читать. Однако предсказать вероятность такого раннего освоения чтения довольно трудно. Отчасти оно обусловлено генетически, но и вклад среды также велик: в конце 19 - начале 20 века была традиция семейного чтения, когда взрослые читали друг другу вслух. Дети приобщались к этому тоже. Увы, эта традиции угасла и очень редко встречается теперь, а это заражает ребенка  – у детей хорошо развита подражательность и, если они видят, что взрослым интересно, им становится интересно тоже. И они пытаются проникнуть в этот мир. Поэтому ценностное положение чтения, на мой взгляд, очень важно.

Как чтение влияет на мировоззрение?

Александр Николаевич: Когда человек читает книгу, он создает воображаемый мир, формирует собственный «образ текста», размышляет и делает собственные выводы. Размышляя, он развивает свой мозг. Образно говоря, он строит своеобразный процессор в мозге, который умеет обрабатывать тексты, извлекать смыслы. С другой стороны, художественные тексты обогащают личность ребенка. Потому что в художественной литературе нам дается колоссальный пласт опыта, которого мы лишены в реальной жизни. И это помогает личностному росту. Этот вклад, конечно же, неоценим. Я уже не говорю о пользе для развитии речи и обогащении словарного запаса.

Опасностью или альтернативой является так называемый «язык SMS-сообщений»?

Александр Николаевич: Относительно языка общения в интернете и встраивания его в наше повседневное общение, речь, существуют разные точки зрения, однако их скорее можно назвать мнениями – серьезно эта тема пока еще не исследована не только в России, но и в мире. На мой взгляд, зачастую здесь путают причину со следствием. То есть дело не в интернете, не в СМС, а в языковой бедности немалой доли населения.

Если у ребенка или взрослого есть потребность общения с книгой, то он не заменит ее перелистыванием картинок или чем-то подобным. Но если этого тяготения нет, то пустота может заполняться чем угодно.

Нельзя не сказать об изменении культуры и языка устного, которая у нас, увы, не растет, а скорее падает. Таким образом создается порочный круг — бедность словаря затрудняет понимание текста, а малый опыт чтения ограничивает рост словарного запаса. И это мы видим наглядно и конкретно. Дети, читая тексты литературы, особенно классической, не понимают иногда до трети, а то и половины полноценного значения слов. Коллега дополнит мои слова.

Ингрида Балчюниене: Я доцент кафедры логопатологии в Педиатрическом медицинском университете, а также в университете Vytautas Magnus (Каунас, Литва). Проблемы чтения я изучаю и там, и здесь. Хотела бы обратить внимание на частотные жалобы от родителей и педагогов, что ребенок не хочет читать и не любит книгу. Он с радостью «сидит в ноутбуке или телефоне», но не хочет браться за чтение. Нередко в ответ на эту жалобу звучит совет: дайте ему электронную книгу, загрузите ее в планшет, и пусть ребенок читает и развивается. Я считаю, что это не выход. Оцифровка книги, когда ребенку предоставлен тот же материал на экране планшета, не поможет. Книжная речь сложная, ей характерны длинные сложные предложения, малочастотные и поэтому ребенку незнакомые слова. Для того, чтобы электронная книга действительно помогла и ребенок с удовольствием читал, должны быть предприняты дополнительные технологические решения. Например, интерактивность, интертекстуальность — чтобы ребенок мог нажать на любое слово, которое он не понял, и этим нажатием открыл бы определение, объяснение. Такое активное осмысленное и полноценное чтение может частично помочь решить данную проблему.

Александр Николаевич: И я бы добавил, что вклад родителей может быть очень большим. Увы, по моему опыту, это случается довольно редко. Чтение детям вслух заканчивается в среднем обычно в 2-3 года и редко-редко дотягивает до начала школьного обучения. А когда ребенок научился читать, родители почему-то думают, что раз он может сам, то теперь вслух читать уже не нужно. На самом деле лишь через три-четыре года ребенок начнет сколько-нибудь глубоко понимать то, что читает. Это подчеркивает тот факт, что чтение вслух взрослого ребенку необходимо и в школьном возрасте. И во многих странах это культивируется: есть даже международное общество нарратологов, которое специально делится опытом и занимается разработкой соответствующих методик чтения и рассказывания историй детям. Необходимо выкроить время и потратить его на чтение ребенку вслух. Конечно, у каждого взрослого есть своя жизнь и свои хлопоты, однако этот вклад трудно переоценить, потому что это вклад в формирование личности ребенка. И если ребенка научили ценить текст и слово на этом этапе, тогда саморазвитие будет работать уже автономно.

Материал создан на основе выступления профессора Александра Николаевича Корнева и исследовательской группы лаборатории нейрокогнитивных технологий Санкт-Петербургского Педиатрического университета на фестивале “Книжный маяк”.

Александр Николаевич Корнев

Александр Николаевич Корнев

Доктор психологических наук, профессор, зав. кафедрой логопатологии Санкт-Петербургского педиатрического медицинского университета

Читайте также

Мы используем файлы cookie, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта.

Продолжая пользование данным сайтом, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie.